Признание договора дарения квартиры в Узбекистане - недействительным

В одном из предыдущих постов я рассказывал о деле, в котором мне удалось добиться применения последствий недействительности ничтожных сделок, среди которых был договор дарения жилого дома. Основанием для применения последствий их недействительности послужило несоответствие содержания этих сделок требованиям действующего законодательства.

В этом посте я хотел бы остановиться подробнее на другом деле, завершённом мною в этом месяце. Речь пойдёт уже об оспоримых сделках — а именно о признании договора дарения квартиры недействительным по причине того, что даритель в момент его подписания не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

картина художника Теодора Жерико — «Портрет клептомана», около 1820–1824 годов.

Это портрет пациента психиатрической лечебницы, написанный без карикатурности и с подчёркнутым человеческим достоинством

Как начинался спор

Между сестрой и братом возник спор о квартире их отца, которую брат получил в дар незадолго до смерти родителя. По утверждению моей доверительницы, её брат, проживавший вместе с отцом, препятствовал её общению с ним, а также общению членов её семьи, и даже не исполнял судебное решение о её вселении в спорное жилое помещение.

Незадолго до смерти отца брат инициировал переоформление квартиры на себя. Однако тут изначально был нюанс: отец состоял на учёте в психоневрологическом диспансере. Само по себе это не свидетельствует о недееспособности — для этого необходимо решение суда. Мало ли кто состоит на учёте; более того, такие сведения составляют врачебную тайну. Но здесь важен контекст: отец страдал сосудистой деменцией, которая сопровождалась прогрессирующим снижением памяти и интеллекта, утратой способности к самообслуживанию, дезориентацией и отсутствием критики к своему состоянию.

Стремясь обезопасить отца от возможных неправомерных имущественных притязаний, моя доверительница незадолго до сделки подала заявление о признании его недееспособным. Однако, вопреки моим настоятельным рекомендациям (я всегда предостерегаю клиентов от отступления, когда дело уже запущено), она под давлением брата отозвала это заявление, оставив его без рассмотрения.

15 декабря 2024 года отец скончался. И буквально за три дня до смерти, как выяснилось уже после нового года, он всё же заключил договор дарения квартиры со своим сыном. В этой ситуации назревал масштабный гражданский спор, и требовалось предъявлять иск о признании договора дарения недействительным. Если бы она меня изначально послушала и добилась бы признания своего отца недееспособным, то этого дела не случилось бы.

Экспертиза - значимое доказательство

Благодаря интернету многие граждане стали достаточно подкованными в вопросах юриспруденции, в том числе касающихся оспаривания сделок. Однако когда речь заходит об основаниях недействительности, нередко возникает путаница между двумя разными пороками: пороком воли и волеизъявления, с одной стороны, и пороком субъекта — с другой.

А это два самостоятельных основания для признания сделки недействительной. Если лицо признано недееспособным решением суда, то совершённая с его участием сделка ничтожна (недействительна с момента ее совершения) уже в силу того, что такой гражданин не является полноценным участником гражданского оборота.

Гражданский кодекс Республики Узбекистан
Статья 119. Недействительность сделки, совершенной гражданином, признанным недееспособным
Сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (душевной болезни или слабоумия), ничтожна. К такой сделке применяются правила, предусмотренные частью второй статьи 117 настоящего Кодекса.

Однако возможен и иной случай: гражданин, будучи дееспособным, в момент совершения сделки не мог осознавать значение своих действий или руководить ими. В такой ситуации сделка может быть признана недействительной по иску заинтересованных лиц.

Гражданский кодекс Республики Узбекистан
Статья 121. Недействительность сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значения своих действий или руководить ими
Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находящимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значения своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как видите выше - значение имеет временной критерий — «в момент совершения сделки». Как его установить? Суд и адвокат специальными познаниями в данной области не обладают, поэтому по таким делам назначается судебная психолого-психиатрическая экспертиза. Именно она должна ответить на вопрос, мог ли гражданин осознавать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора.

Такая экспертиза может быть проведена и посмертно. В этом деле материалов для этого оказалось более чем достаточно: видеозапись нотариального действия, данные из психоневрологического диспансера и, конечно, история болезни.

В итоге и в суде первой и в суде апелляционной инстанции две экспертизы показали что именно на момент совершения сделки умерший не мог осознавать значение своих действий и руководить ими. Конечно же договор дарения был признан недействительным, а стороны были приведены в первоначальное положение.

Позиция противоположной стороны

Несмотря на это, противоположная сторона не сдавалась и шла до конца. Её стратегия сводилась к одной цели — запутать всех участников процесса. Однако мне, как задроту в юриспруденции человеку, который всегда больше увлекался теорией, чем практикой, удалось не попасть в эту ловушку. Дело в том, что разграничение порока воли и волеизъявления, с одной стороны, и порока субъекта, с другой, было темой моей курсовой работы на бакалавриате, и я хорошо ориентировался в этом вопросе.

Противоположная сторона почему-то исходила из того, что раз гражданин не признан недееспособным, значит, сделка заведомо действительна. На это я последовательно возражал: мы оспариваем сделку не по пороку субъекта, а именно по пороку воли и волеизъявления — а это совершенно иное правовое основание.

Мой самый любимый процессуальный документ в гражданском процессе

Конечно я не буду рассказывать как разбил все доводы представителя ответчика по этому делу, так как тогда не хватит моего блога. Отдельно хочу лишь остановиться на моём любимом процессуальном документе — возражениях на доводы противоположной стороны.

Помимо основного аргумента, представитель ответчика выдвинула множество иных доводов, которые я едва успевал фиксировать. В таких случаях процессуальный закон предоставляет стороне право возражать против каждого из доводов лиц, участвующих в деле. И это право я реализовал в полной мере.

Гражданский процессуальный кодекс Республики Узбекистан
Статья 40. Права и обязанности лиц, участвующих в деле
Лица, участвующие в деле, имеют право знакомиться с материалами дела, делать из них выписки, снимать копии, заявлять отводы, представлять доказательства, участвовать в исследовании доказательств, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, и лицам, содействующим осуществлению правосудия, делать заявления, заявлять ходатайства, давать устные и письменные объяснения суду, излагать свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, возражать против заявлений, ходатайств, доводов иных лиц, обжаловать (опротестовывать) судебные акты, требовать принудительного исполнения судебных актов, присутствовать и осуществлять свои права при совершении действий государственным исполнителем.

Структура возражений строится достаточно логично: сначала излагается довод оппонента, затем приводится правовое обоснование, после чего следует аргументированное возражение и, наконец, итоговый вывод.

Как видно из возражений, доводов было действительно много, и на каждый из них мне пришлось дать развёрнутый ответ. В итоге подготовленный документ составил 20 страниц.

В своих возражениях я сослался на инструкцию о порядке совершения нотариальных действий, а также на рамочные нормативные акты, включая Закон "О психиатрической помощи", законодательство о судебной экспертизе и нотариате.

Определение суда ревизионной инстанции

Конечно с учетом двух посмертных экспертиз, суд ревизионной инстанции не стал отменять решения, судов нижестоящих инстанций и оставил эти судебные акты в силе.

Вывод: можно ли признать договор дарения квартиры недействительным?

Да можно. Как и любую другую сделку. Только для этого необходимы основания, которые подтвердит суд. Неспособность даже будучи дееспособным не осознавать свои действия - одни из них.

И конечно же слушайте своего адвоката, в этой ситуации моей доверительнице не нужно было отступать, ей необходимо было добиваться признания своего отца недееспособным, это было бы для нее гораздо дешевле и менее нервно чем ввязываться в новое судебное разбирательство.

Если Вы хотите проконсультироваться относительно защиты своих прав, или по вопросу признания сделки недействительной, Вы можете позвонить мне по телефону: +998940440109 или связаться со мной через мессенджеры: WhatssApp или Telegram.

Если Вы хотите следить за моей судебной практикой, Вы можете подписаться на мой Telegram-канал, я разбираю там реальные дела, простым языком объясняю сложные ситуации и делюсь тем, что реально помогает.

Подписаться