Можно ли оспорить договор дарения в Узбекистане? Разбираем судебную практику

Я с удивлением обнаружил, что последний раз тему признания сделок недействительными я поднимал в своем блоге почти год назад, когда рассказывал о деле 2023 года в котором мне удалось оспорить свидетельство о праве на наследство, выданное единственной наследнице. За это время у меня накопилось немало новых дел и судебной практики по этой категории споров. Поэтому предлагаю вновь вернуться к этой теме и разобраться, как в судах Узбекистана оспариваются сделки, какие для этого существуют основания и какие ошибки чаще всего допускают стороны.

Юстиция - картина маслом на холсте, немецкого художника Карла Шпицвега, 1857 г.

Можно ли в Узбекистане оспорить договор дарения?

Будучи администратором крупнейших юридических групп «Юристы Ташкента» в Телеграм и «Юристы Узбекистана» на Фейсбуке, а также практикующим адвокатом по гражданским делам, за несколько лет я выделил около десяти наиболее распространенных правовых мифов, которые регулярно повторяются в комментариях и обсуждениях в интернете.

Одним из самых устойчивых является убеждение, что в Узбекистане договор дарения недвижимости оспорить невозможно, тогда как завещание — можно.

На самом деле это не так. В Узбекистане, как и в большинстве стран континентальной правовой системы, оспорена может быть практически любая сделка, если для этого имеются предусмотренные законом основания. Это касается и договора дарения, в том числе недвижимости, и завещания, которое с точки зрения гражданского права также является сделкой — только односторонней. Поэтому вопрос заключается не в виде сделки, а в наличии предусмотренных законом оснований для признания ее недействительной.

Основания для оспаривания сделок в Узбекистане

На самом деле не случайно юристов обучают в университетах несколько лет. Как я уже неоднократно говорил, юридическая доктрина учит не просто знать нормы закона, а понимать право. А право — это значительно больше, чем текст нормативных актов. Оно складывается из многолетней судебной практики, научных исследований, правовой культуры, исторического опыта и даже особенностей менталитета.

Именно поэтому юридическая наука часто предлагает более стройные и универсальные решения, чем сам закон. Если нормы Гражданского кодекса о недействительности сделок изложены последовательно, но без какой-либо систематизации, то цивилистическая доктрина уже давно объединила их в четыре понятные группы: пороки содержания, субъекта, воли и волеизъявления, а также формы сделки. Такая классификация позволяет гораздо быстрее определить правовую проблему и выбрать правильный способ защиты.

Основание	Статьи ГК РУз	Суть порока и пример
Порок содержания	ст. 116, 117, 124	Сделка противоречит законодательству, основам правопорядка или нравственности либо является мнимой/притворной. Например, фиктивный договор дарения, прикрывающий куплю-продажу.
Порок субъекта	ст. 118–122, 125–126	Сделка совершена лицом без необходимой дееспособности, правоспособности или полномочий. Например, сделка малолетнего, недееспособного лица или директора с превышением полномочий.
Порок воли и волеизъявления	ст. 123, 124	Воля лица сформирована неправильно или выражена под внешним воздействием. Например, сделка под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы либо тяжелых обстоятельств.
Порок формы	ст. 109–112, 115	Нарушена простая письменная, нотариальная форма или требование о государственной регистрации, если закон связывает с этим недействительность. Например, сделка с недвижимостью без обязательного нотариального удостоверения или регистрации - недействительно так как закон прямо устанавливает такие последствия.

Недаром говорят, что расторжение договора — это правовое «ничто», тогда как признание сделки недействительной — правовое «нечто». Если для расторжения договора обычно достаточно установить нарушение обязательства, то для признания сделки недействительной необходимо выявить конкретный порок, существовавший уже в момент ее совершения, и правильно определить его правовую природу.

Реституция - как последствия недействительности сделки

По-моему, в прошлом году не было ни одного цивилиста в СНГ, который бы не следил за «делом Долиной». Конечно, довольно странно, что российские суды нижестоящих инстанций отказались возвращать стороны в первоначальное положение, и покупателю квартиры Полине Лурье пришлось доходить до Верховного суда, чтобы добиться справедливости. Зато благодаря этому делу многие выучили словосочетание и значение «двусторонняя реституция» — то есть возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке в первоначальное положение существовавшее до момента его заключения. Проще говоря, если оспаривается например, договор купли-продажи вещи, то продавец возвращает деньги покупателю, а покупатель продавцу — вещь.

Само слово «реституция» восходит к древнеримскому праву и происходит от латинского restitutio, что означает восстановление, возвращение в прежнее состояние. В нашем Гражданском кодексе этот термин прямо не используется, но сама идея реституции закреплена через последствия недействительности сделки, которые предусмотрены во второй части статьи 114 Гражданского кодекса.

Гражданский кодекс Республики Узбекистан
Статья 114. Общие положения о последствиях недействительности сделки
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Я не случайно подчеркнул слова «возместить стоимость в деньгах». Если вернуть имущество в натуре невозможно, например, когда недвижимость уже выбыла из владения стороны, а покупатель признан добросовестным приобретателем, это не означает, что потерпевшая сторона остается без защиты. В таком случае суд вправе взыскать стоимость имущества в денежной форме.

Отдельно заявлять требование о применении последствий недействительности сделки, как правило, не требуется. Если сделка признана недействительной, эти последствия применяются судом автоматически.

Часто возникает и другой вопрос: будет ли суд при признании договора купли-продажи недвижимости недействительным учитывать денежные средства, фактически переданные покупателем сверх суммы, указанной в договоре?

Нет. Размер двусторонней реституции определяется исходя из условий договора, а не неоформленных договоренностей сторон. Именно такой подход выработан судебной практикой и закреплен в руководящих разъяснениях Пленума Верховного суда Республики Узбекистан.

Постановление Пленума Верховного суда Республики Узбекистан, от 22.12.2006 г. № 17 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с применением норм законодательства, регулирующих сделки"
В соответствии с частью 2 статьи 114 ГК при недействительности сделки каждая сторона обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре — возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия не предусмотрены законом. При определении «полученного по сделке» судам следует исходить из условий договора, признанного недействительным, имея в виду, что отношения сторон за пределами условий сделки, правового значения при оспаривании действительности сделки, не имеют.

Оспоримые и ничтожные сделки: в чем разница?

Еще один важный нюанс — различие между ничтожной и оспоримой сделкой. На практике я нередко сталкиваюсь с тем, что некоторые адвокаты непонимают разницы и предъявляют неправильные иски. В результате выбирается неправильный способ защиты, а ко мне за консультацией обращаются уже после проигранного дела.

Хотя и ничтожная, и оспоримая сделки являются недействительными, их правовая природа различна. Ничтожная сделка недействительна с момента ее совершения независимо от решения суда. Поэтому в таких случаях предъявляется требование не о признании сделки недействительной, а о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Оспоримая сделка, напротив, считается действительной до тех пор, пока суд не признает ее недействительной. Поэтому сначала необходимо заявить требование о признании сделки недействительной, после чего последствия ее недействительности применяются судом автоматически.

Критерий	Ничтожная сделка	Оспоримая сделка
Юридический статус	Недействительна с момента совершения	Считается действительной до признания ее недействительной судом
Требуется ли решение суда?	Нет	Да
Что заявляется в суде?	Иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки	Иск о признании сделки недействительной
Когда применяются последствия недействительности?	После установления судом факта ничтожности сделки	Автоматически после вступления в силу решения суда
Основное последствие	Двусторонняя реституция (возвращение сторон в первоначальное состояние существовавшее до заключения сделки)	Двусторонняя реституция (возвращение сторон в первоначальное состояние существовавшее до заключения сделки)
Пример	Мнимая или притворная сделка, сделка, противоречащая закону	Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы или тяжелых обстоятельств или не в нотариальной форме и без проведения государственной регистрации когда такую форму и регистрацию требует закон

Обстоятельства дела

В качестве примера приведу одно из своих недавних дел, которое хорошо показывает, насколько бесмысленно пытаться «спасти» имущество после проигранного судебного спора.

Вступившими в законную силу судебными актами по другому гражданскому делу суд признал недействительными свидетельство о праве на наследство и последующий договор купли-продажи жилого дома, восстановил наследственные права двух наследников и окончательно признал за каждым из них право собственности на 1/2 доли спорного дома. Стороны были приведены в первоначальное положение в порядке реституции.

Однако спустя несколько месяцев после снятия обеспечительных мер (предыдущий суд ставил запрет на дом) бывший приобретатель, уже утративший право собственности, решил создать новый «правовой титул». Сначала он подарил дом своей родственнице, а уже на следующий день новый «собственник» заключил еще одну сделку — нотариально удостоверенное соглашение, которое по своему содержанию представляло собой смешанный договор, объединяющий элементы задатка и договора купли-продажи. В документе были определены конкретный объект недвижимости, цена в размере 900 миллионов сум, сумма задатка — 500 миллионов сум и порядок окончательных расчетов. Иными словами, имущество попытались вновь пустить в гражданский оборот, несмотря на то что вопрос о праве собственности уже был окончательно разрешен судом.

Такое недоразумение случилось лишь из-за того, что в рамках дела были судом наложены обеспечительные меры, в виде запрета на совершение нотариальных действий, а после их снятия собтвенники не смогли зарегистрировать свои права, поскольку у предыдущего мнимого собственника были иные запреты на имущество из-за штрафов.

В итоге после погашения штрафов, новый собственник проигравший спор и потерявший 100 тыс.долларов США да конечно мне его жалко и я его понимаю, решил подарить этот дом, родственникам скрыв этот факт от всех, после дарения на следующий день был заключен смешанный договор задатка-купли-продажи.

Многие ошибочно полагают, и этот миф я тоже наблюдаю в интернете, что если быстро переоформить имущество на родственника или заключить еще несколько нотариальных сделок, то это каким-то образом осложнит исполнение судебного решения. На практике происходит обратное: каждая новая сделка лишь увеличивает количество участников процесса (в нашем случае их было восемь), но не устраняет главный юридический дефект — отсутствие права распоряжения имуществом.

Акцессорные сделки: когда одна сделка зависит от другой

Особенностью этого дела стало то, что суду пришлось оценивать не только договор дарения, но и последующее соглашение, сочетавшее элементы задатка и купли-продажи.

В гражданском праве такие сделки называют производными (акцессорными): их юридическая судьба зависит от существования основной сделки. Именно поэтому я обратил внимание суда на то, что последующее соглашение не могло существовать самостоятельно. Оно было заключено исключительно потому, что ранее был оформлен договор дарения.

Кроме того, задаток обеспечивает исполнение только действительного обязательства. Если лицо не вправе распоряжаться имуществом, то и обязательство по его продаже не возникает. Следовательно, отсутствует и то обязательство, которое может обеспечиваться задатком. По этой причине суд согласился с моими доводами о том, что ничтожным является не только договор дарения, но и последующее соглашение, указав, что оно является производным от первоначальной сделки и разделяет ее правовую судьбу.

Никто не может передать больше прав, чем имеет сам

Хотя Гражданский кодекс Республики Узбекистан прямо не закрепляет латинскую формулу, вся система вещного права основана на фундаментальном принципе римского права nemo plus iuris ad alium transferre potest quam ipse habet — никто не может передать другому больше прав, чем имеет сам. Это и так на мой взгляд понятно из ряда норм посвященных собственности, где право распоряжения обладает лишь собственник.

Закон республики узбекистан 
"О собственности в Республике Узбекистан
Статья 1. Право собственности
1. Право собственности в Республике Узбекистан признается и охраняется Законом.
2. Собственник по своему усмотрению владеет, пользуется и распоряжается принадлежащим ему имуществом.
Собственник вправе совершать в отношении своего имущества любые действия, не противоречащие закону.

Закон Республики Узбекистан
"О Защите частной собственности и гарантиях прав собственников"
Статья 2. Право частной собственности
Право частной собственности есть право лица на владение, пользование и распоряжение имуществом, приобретенным им в соответствии с законодательством.

Именно этим нормам и противоречили на мой взгляд заключенные сделки, и поэтому я их очень быстро идентифицировал в качестве ничтожных, а не в качестве оспоримых.

Конечно в мой стиль ведения дел, это не только тупое  перепечатывание правовых норм из кодексов и законов, но и использование доктринальных принципов. В этом деле я использовал — невозможность передать больше прав, чем имеешь сам, и производность акцессорных сделок.

Решение суда

Конечно суд с моей позицией согласился и исковые требования об оспаривании договора дарения и последующего смешанного договора были удовлетворены.

Суд указал, что после вступления в законную силу предыдущих судебных актов ответчик уже не являлся собственником дома и не мог распоряжаться им. Поэтому ни договор дарения, ни последующее соглашение не могли породить каких-либо правовых последствий. Поскольку обе сделки являлись ничтожными, то суду лишь оставалось подтвердить этот факт и привести стороны в первоначальное положение, конечно и судебные расходы тоже были взысканы с ответчика.

И, кстати, еще один важный момент, о котором я уже не первый год говорю буквально при каждом удобном случае и на который также обращал внимание суда в своих письменных объяснениях по этому делу: государственная регистрация права собственности сама по себе не защищает собственника практически ни от чего. Запись в государственном реестре прав выполняет лишь правоподтверждающую, а не правоустанавливающую функцию. Иными словами, регистрация не создает право собственности, а лишь подтверждает уже возникшее право. Если же сама сделка ничтожна или признана недействительной, никакая запись в реестре не способна легализовать отсутствие прав.

В конечном итоге это дело показывет то, что применение последствий недействительности ничтожных сделок, по основанию противоречия их закону — это не поиск формальных ошибок в договоре, а установление того, существовало ли у сторон законное основание для возникновения соответствующих прав и обязанностей. Именно поэтому в подобных спорах значение имеют не только нормы закона, но и фундаментальные принципы гражданского права, стратегия нападения и правильный выбор способа защиты. И, ни нотариальное удостоверение сделки, ни государственная регистрация права собственности сами по себе не способны узаконить то, что изначально противоречило закону и здравому смыслу.

Если Вы хотите проконсультироваться относительно защиты своих прав, или по вопросу признания сделки недействительной, Вы можете позвонить мне по телефону: +998940440109 или связаться со мной через мессенджеры: WhatssApp или Telegram.

Если Вы хотите следить за моей судебной практикой, Вы можете подписаться на мой Telegram-канал, я разбираю там реальные дела, простым языком объясняю сложные ситуации и делюсь тем, что реально помогает.

Подписаться